**1960-е. Анна.** Утро начиналось с запаха кофе и крахмальной скатерти. Муж уходил на работу, дети — в школу. Её мир был чистым, вымытым до блеска, как паркет в гостиной. Измена пришла не с криком, а с тихим шелестом в кармане его пиджака, когда она собирала вещи в химчистку. Обрывок чека из ювелирного магазина на имя, которое не было её. Мир сузился до размеров этой бумажки. Сказать кому-то? Соседки только языки поточат. Развестись? Позор на всю жизнь. Она спрятала чек в шкатулку, заварила свежий чай и продолжила вытирать пыль, будто ничего не случилось. Её битва была безмолвной, а фронт проходил через её собственную кухню.
**1980-е. Ирина.** Её жизнь напоминала глянцевый журнал: приёмы, салоны красоты, сплетни в курилке. Муж — успешный директор, она — украшение его статуса. Обман она учуяла, как дорогие духи, — по новым, чужим нотам в его одежде. Поймала на лжи про "срочную командировку", увидев его в ресторане с молодой секретаршей. Ярость была холодной и расчётливой. Никаких сцен при людях. Вместо этого — визит к лучшему юристу их круга, тихий сбор компрометирующих фото (благо, частный детектив в моде) и переоформление активов на своё имя. Когда всё было готово, она положила перед ним папку с документами и фотографиями за завтраком. "Решай, — сказала она, поправляя жемчужное ожерелье. — Но учти, выйдешь из этого дома ты, и почти ни с чем". Её война велась за территорию — банковские счета и репутацию.
**Конец 2010-х. Марина.** Её день расписан по минутам: суд, клиенты, переговоры. С мужем, таким же занятым, они иногда общались краткими сообщениями в мессенджере. Подозрение закралось, когда он начал слишком тщательно чистить историю браузера на общем планшете. Она, эксперт по доказательствам, нашла всё за вечер: аккаунт на сайте знакомств, переписку в Telegram. Не было ни шока, ни слёз — лишь глухое разочарование и усталость. Она вызвала его на разговор не дома, а в нейтральном пространстве — в баре после работы. "Я знаю. Обсудим условия раздела имущества. Я уже подготовила черновик соглашения", — сказала она первая, отодвинув бокал с вином. Её битва была деловой сделкой, где главным активом было её собственное время и душевный покой, которые она больше не была готова тратить.
